Лизель резко обернулась к говорившей, взмыла к потолку, где я её и перехватила. Я притянула девочку к себе, выставив руку в театральном жесте. Для всех я делала вид, что впала в транс, на самом деле, я беседовала с мелюзгой. Быть для неё проявителем я перестала, так что клиентки ждали, а я вправляла ребёнку мозги:

- Ты же играть с ними хотела?

- Да.

- Им не нравится твоя игра, они обиделись.

Лизель надула губки.

- Я дам тебе вторую попытку, последнюю.

Девочка захлопала в ладоши, а я потянулась к миру духов, и вокруг меня тотчас появился серый пейзаж. Я огляделась в поисках духа взрослого человека. Моим клиенткам нужно кого-нибудь утончённого и желательно давно умершего. Например, дух человека, заставшего Первую мировую войну, ценится клиентами выше, чем дух умершего десять лет назад. Правда, чем более древний дух, тем сложнее его отыскать.

Такое впечатление, что в мире духов я оказываюсь в точке входа в него. Духи недавно умерших оттесняют вглубь тех, кто умер до них. В результате получается, что я ещё смогу поговорить с теми, кто скончался в начале ХХ века, но не смогу вызвать духа строителя Пирамид в Гизе. Однажды меня попросили, я честно объяснила, что не могу и осталась без гонорара.

Мне очень хочется знать, что происходит с древними духами. Просто отдаляются от входа настолько, что их не достать или исчезают навеки, как разлагается тело в могильной земле. Может быть, серость во круг и есть остатки тех самых духов.

Едва я потянулась вдаль, посылая духам призыв, передо мной появилась женщина лет сорока. Она боса, одета в латанную-перелатанную ночнушку с заплатами на подоле и плече, а на лице был явственный отпечаток тяжёлой жизни.

- Медиум? – спросила она с непонятной интонацией.

- Да.

- Настоящий…, - не то вопрос, не то издёвка.

- Да, - повторила я.

Она вздохнула, хотя духам воздух не нужен даже для того, чтобы говорить.

- Чего хочешь, медиум?

- Ищу того, кто согласится развлечь моих гостей на сеансе.

- У тебя нет постоянного духа призыва?

- Нет, - я удивилась, не знала, что такие бывают.

- Если ты не хочешь каждый раз искать, давай договоримся, что ты будешь звать меня. Посмотри, на что я годна, и решишь после сеанса.

Предложение было неожиданным, несколько странным и непонятным. Но, в общем и целом, мне идея нравилась, хотя что-то смущало. Я увлекла женщину в наш мир.

- Я снова обращаюсь к тебе, хранитель завесы. Приведи ко мне духа, который будет говорить и отвечать мне.

Я не стала работать проявителем, этот фокус дамочки видели и не слишком оценили.

- Положите руки вместе со мной, - приказала я клиенткам. Тотчас ладони многоэтажным бутербродом легли на плашку-указатель.

- Здесь ли ты, дух? – спросила я, хотя и так прекрасно знала.

Указатель пришёл в движение, поочерёдно замирая перед буквами з,д,е,с. Показать ещё и на мягкий знак моя помощница поленилась.

- Как его зовут? – оживилась девушка. Я чуть удивлённо приподняла брови. Суетится, будто с потенциальным кавалером знакомится. Указатель ожил, и женщина представилась:

- Валентина.

Интерес у девушки поугас, зато встрепенулась дородная дама.

- Я хочу её увидеть, пусть покажется.

Всё-таки работаю проявителем. Я позволила Валентине появиться за моей спиной. Она неподвижно замерла, и я вдруг почувствовала, что она пытается исчезнуть. Странно. Я дала ей это сделать. Валентина метнулась за спину к той самой даме, и я вновь сделала духа видимым. Дама взвизгнула, а потом вдруг выдала:

- Она не настоящая.

Валентина положила клиентке руки на плечи вкрадчивым голосом спросила:

- Думаете?

- Настоящая, - пискнула дама и осела без чувств. Бывает.

- Кто вы? – вмешалась девушка. Состояние соседки её ни капли не взволновало.

- Я родилась в 1838 году в семье небогатого торговца. Я была пятой дочерью без шансов быть выданной замуж, поскольку отец не смог бы обеспечить мне приданое. Он дал мне образование в надежде, что я смогу пробиться в жизни своим умом, - Валентина сделала паузу и продолжила, - в раннем детстве у меня обнаружились психические способности. Рядом со мной раздавался стук, двигались предметы, слышались голоса. Однажды в наш город приехал медиум, говорил, что он ученик самой Маргарет Фокс. Он определил, что у меня тоже есть дар. Сначала вместе с ним, а потом и самостоятельно я проводила спиритические сеансы. Однажды утром, это был 1878 год, я проснулась и поняла, что дар покинул меня. Жизнь утекала медленнее. Через три года я умерла.

Я слушала Валентину, приоткрыв рот и совершенно забыв, что нужно держать лицо. Уже одно то, что она довольно старый дух, заинтересовало меня, но когда я услышала, что она моя коллега…. Это невероятно. Наверное, я смотрела на неё влюблёнными глазами.

Я потеряла контроль над ситуацией, и этим воспользовалась Лизель, которая потянулась к Уидже и начала беспорядочно гонять указатель по доске. Плашка металась, нигде не задерживаясь, выписывая пируэты и пугая клиенток. Забавно, что рук никто в этот момент на плашке не держал. Движение вдруг замедлилось, и девочка вывела вполне отчётливую фразу: «Купите кукле белые цветы».

- Что меня ждёт в ближайшем будущем? – спросила клиентка справа.

Валентина окинула женщину внимательным взглядом и сообщила:

- Я вижу тебя и седого мужчину, но не старика. У него клетчатая рубашка, и вы стоите под раскидистым дубом. Кто он?

- Не знаю, - растерялась женщина.

- Знаете. Вспоминайте. Назовите мне его имя, тогда я смогу заглянуть дальше. Пока видения на счёт вас заблокированы этой картинкой, я ничего больше не увижу.

Я поняла, что Валентина нагло врёт. Кажется, она не брезговала в своей работе использовать ложь. Неудивительно, что способности её покинули. Валентина с удовольствием наврала с три короба всем желающим, ребёнок наигрался с доской, и я отправила духов обратно.

- Я благодарю тебя, хранитель завесы и возвращаю тебе тех, кто должен быть по ту сторону, - взвыла я, отчего клиентки вновь подпрыгнули.

Сеанс окончен. Я откинулась на диване. Клиенток увёл Игнат, а я просто приходила в себя. Театр абсурда закрыл свои двери. Теперь нужно снять с себя костюм и убрать с глаз долой до следующей клоунады, вернуть на место Уиджу. Хотя нет, её стоит отложить, а то на волне интереса к спиритизму все раскупят. С чем мне тогда работать. Я дождалась, когда дамы уйдут, и кое-как поднялась на ноги.

- Ты в порядке? – уточнил Игнат.

- Ага, - невнятно откликнулась я и занялась приведением себя в порядок. Я пожелала Игнату всего хорошего и направилась в присмотренную недорогую гостиницу. Завтра разбираюсь с долгом ведьме, а сегодня перед сном нужно поговорить с Валентиной. То, что она моя коллега, безусловно, влечёт, но ведь Валя врёт, зараза.

О Вале я вспомнила, только забравшись в кровать с ногами. Я сунула подушку под спину, устроилась поудобней и потянулась к духу. Над полом разлилось лёгкое сияние, а через секунду передо мной зависло приведение. Валентина выглядела так, будто ждала. И почему-то, несмотря на затасканную ночнушку она мне показалась хищницей. Я передёрнула плечами и начала.

- Твои предсказания были сплошной ложью, - упрекнула я.

- А тебе не всё равно? За слова духа ты не отвечаешь, ты просто мостик между двумя мирами. Что касается меня, то я всегда вру, - Валя очаровательно улыбнулась, - Знаешь, твоим сеансам не хватает драматизма. Я готова поработать в этом направлении профессионально.

- Почему профессионально? – не поняла я.

- О, свою карьеру в спиритизме я начала в 1854 году. К нам в город приехал медиум, и согласилась поработать для него привидением по вызову. Ему как раз была нужна актриса на роль задушенной мужем женщины, поймавшей его на измене.

- Ты….

- Мы оба были шарлатаны. Я освоила азы профессии, и наши пути разошлись. Дальше я работала самостоятельно…, - Валя махнула рукой.

- Что потом?

- Мода на спиритизм стала потихоньку угасать, Церковь мою деятельность осуждала. У меня были небольшие накопления, скверная репутация и неустроенная жизнь. Временами я стала выпивать. После хорошего красного вина жизнь казалась вполне привлекательной. Сама не заметила, как пристрастилась. В итоге меня разоблачили, деньги утекали как вода сквозь пальцы. Вино заменила водка. Как ни странно, после всех моих прегрешений меня попытался спасти священник, пристроил меня в ночлежку для бездомных. Там я и умерла, очень быстро, кстати.

- Спиритизм не любит шуток, - сухо заметила я. Может быть, Валя и заслуживает сочувствия, но я ей его дать не могу.

Дух рассмеялся чистым звонким смехом:

- Хранитель завесы, тук-тук, отопри, духа мне приведи. Нет никакого духа. Чем твоя ложь лучше моей?

Сходу я соврать не смогла, но всё же ответила:

- Это декорация, как мой костюм. Есть разница. Я создаю антураж, атмосферу, а сам сеанс – правда от начала до конца, ты предлагаешь использовать лже-призраков и лже-полтергейстов.

- Уверяю тебя, это зрителей не интересует. Они пришли за спектаклем и знают, что на сцене никакая не Джульетта, а Лариса Пузечкина, и во флаконе не яд, а в лучшем случае вода, а то и он и вовсе пуст. Поняла? Когда меня разоблачили, две купчихи продолжали приходить, им нравилось, как я это разыгрываю. Ты скорее потеряешь клиентов, если докажешь, что здесь всё взаправду.

- Я поняла тебя. Я подумаю.

Дух исчез. Я устало откинулась на кровати. Что-то в словах шарлатанки было правдивое. Однажды одни из клиенток, поняв, что всё происходящее реальность, а не спектакль, сбежала с воплем. Кажется, она кричала, что меня надо сжечь, как ведьму.

Я отчаянно не хотела продолжать сеансы на потеху публике, но мне нужны деньги. Я закрыла глаза и постаралась отрешиться от всего. Сейчас я ничего не изменю. Сон не шёл, я таращилась в потолок. Меня душило осознание того, насколько никчёмна и пуста моя жизнь. Определённо, мне нужно начать всё с чистого листа.

Утром я проснулась с головой болью. Вставать не хотелось, было тошно и отчаянно хотелось увидеть хоть какой-то смысл в том, чтобы вставать и идти дальше. Я повернулась на бок и провела пальцем по обоям, следуя за незатейливым цветочным узором. Снова перевернулась на спину. Пожалуй, даже не буду приводить себя в порядок. Я задолжала ведьме целый день, вот пусть она и развлекается.

Я потянулась к миру духов. Сначала я увидела только серые разводы и скользящие в отдалении тени. Рядом прозвучал сухой смешок. Я оглянулась. Седая ведьма в белом в горошек платье уже поджидала.

- Пора платить по долгам,- улыбнулась она.

- Конечно.

Очнулась в кровати. Только теперь я зритель в собственном теле. Ведьма потянулась, медленно встала у вдруг возмутилась:

- А ты не могла сходить в ванну до того, как меня звать?!

Ведьма занялась утренними процедурами, пожурила, что я не пользуюсь кремами и прочими женскими штучками, прошлась по моему гардеробу, которого нет, и мы пошли в кафе завтракать.

- Я собираюсь устроить праздник живота, - объявила она.

- А по пути давайте познакомимся? – предложила я. Как-то я упустила, что до сих пор не знаю имени духа, занявшего моё тело.

- Можешь звать меня тётушка Аза, последние годы меня звали именно так. Ведьма я довольно слабая. По глупости не развивала способности в молодости, а когда припёрло, оказалось, поздно спохватилась. Однако остаток жизни я зарабатывала на хлеб с маслом именно ведьмовским даром.

Мы вошли в небольшое уютное кафе. Посетителей почти не было: за одним столиком сидел грузный мужчина лет пятидесяти и обстоятельно завтракал, в углу обнаружился худой очкастый парень, который нетерпеливо дул в чашку. Аза выбрала столик у окна и села лицом ко входу. Официантка принесла меню, пожелала доброго утра и предложила обратить внимание на  блинчики с брусничным джемом, при заказе которых чай с мёдом давали в подарок.

Аза увлечённо читала меню, я скучала и старалась не слишком донимать ведьму своим плохим настроением. Дверь в кафе резко стукнулась о стену. Аза оторвалась от заманчивых картинок и вкусных описаний блюд.

В кафе вошли шестеро. Первое пришедшее на ум слово – банда.

- Оборотни, - поправила Аза, - причём все альфы. Нехорошо. Хотя, «банда» тоже подходит, больно рожи разбойничьи.

Первым двигался шкафообразный экземпляр с бычьей шеей, почти вплотную к нему прилипла габаритная женщина, которая не столько осматривалась, сколько принюхивалась, раздувая крылья носа. За ними шёл мужчина поспокойней. Среди всех он показался мне самым спокойным и умным. Замыкали шествие ещё трое мужчин, одного взгляда на которых хватало, чтобы понять, что физическая сила у них немереная.

- Быки? – предположила я.

- Понятия не имею, - откликнулась Аза, - Я не умею определять животную ипостась на глаз. Я даже редко замечаю, что кто-то является оборотнем, но от этих за версту несёт зверьём. Понимаешь, Марина, оборотни живут стаями, и не собираются компанией в пяток альф наедине. А для этих происходящее привычка и норма. Ты правильно сказала, банда. Учитывая последние события в городе….

- Какие события? – перебила я.

- На тебя покушались? Сани, кажется, - тотчас ответила Аза.

Оборотни шумно расселись, разрушая уютную атмосферу, громко затребовали подать им меню. Чуть побледневшая официантка засуетилась.

- На сеанс приходил вампир, - произнесла я мысленно.

- Вот-вот. Похоже на то, что в городе грядёт передел.

Аза задумалась, а я огляделась. В кафе собрались шестёрка оборотней и одна одержимая. Мне стало любопытно, а есть ли среди нас кто-нибудь, не связанный со сверхъестественным? Вдруг мужчина какой-нибудь колдун, а очкарик ясновидящий? Бедные люди даже не представляют, кто их окружает.

Конец ознакомительного фрагмента. Книга выкладывается на ЛитЭре.